Заседание «Меркурий-клуба»

Заседание «Меркурий-клуба»«Меркурий-клуб» - единственная в своем роде общественная организация, аналогов которой в стране нет. Председатель правления «Меркурий-клуба» - Евгений Примаков.
Члены клуба – это политики, министры, представители администрации Президента, губернаторы, депутаты, сенаторы, ученые, российские и иностранные предприниматели, всего 150 человек. Они собираются несколько раз в год и в режиме свободной дискуссии делятся идеями, отстаивают свои позиции по основным проблемам развития бизнеса и страны в целом.
С момента организации клуба в 2002 году его заседания проходят в крупнейшем российском Центре международной торговли на Краснопресненской набережной в Москве, говорит генеральный директор ЦМТ Валерий Серов. Многие подразделения ЦМТ постоянно «завязаны» на подготовку заседаний «Меркурий-клуба».
Предложения, вырабатываемые на заседании «Меркурий-клуба», имеют отношение к важнейшим вопросам развития страны. Проблемы малого бизнеса и демографии, регулирования земельных отношений в России, будущего Восточной Сибири и Дальнего Востока и многие другие вопросы обсуждались в Клубе, прежде чем появлялись соответствующие правительственные постановления.


В выступлении с итоговым аналитическим докладом о социально-экономическом положении страны Евгений Максимович Примаков обратил внимание на следующие вопросы.
Заседание «Меркурий-клуба»Уже не просто намечается, а начался выход из экономического кризиса, заявил Президент ТПП РФ. По его мнению, несомненным достижением следует считать сохранение в кризис кредитно-банковской системы страны, а также то, что удалось избежать резкого падения уровня жизни населения и что наконец-то начался рост промышленности, обгоняющий рост ВВП.

Но 2010 год выявил и серьезные проблемы развития России. Евгений Примаков назвал их.
Проблема первая – это живучесть тенденции продолжать экономическое развитие России по докризисной модели. Весьма влиятельные круги считают, что продолжение курса на преимущественную поддержку крупных сырьевых компаний воссоздаст благоприятную докризисную ситуацию, способствовавшую росту ВВП и благосостоянию населения России.

Наверное, стоит еще раз показать, чем оборачивается пристрастие к докризисной модели развития, сказал Евгений Примаков. Втянутая в кризис Россия представляла собой страну, 40 процентов ВВП которой создавалось за счет экспорта сырья, а внешний корпоративный долг достиг 500 млрд долларов. Антикризисные меры спасли российскую банковскую систему; но она осталась прежней: полностью неконкурентоспособной по сравнению с зарубежной - ни по предоставлению долгосрочных кредитов, ни по процентным ставкам. С «грузом», с которым Россия вступила в кризис, связаны его масштабы в нашей стране: и худшее положение в «двадцатке», и длительность выхода страны из кризисной полосы. «Запаса прочности» в России, накопленного благодаря высоким ценам на нефть, хватило только на полгода.

Одним из самых негативных результатов предкризисной экономической модели стала хроническая нехватка собственных инвестиций. Мы попали в зависимость от притока иностранного капитала, импорта потребительских товаров, машин и оборудования. Результат предкризисной экономической политики и в том, что нового машинного оборудования у нас производится в 80 раз меньше, чем в Японии, и в 30 раз меньше, чем в Китае.

В апреле 2010 года Росстат впервые привел сводку о положении России в 1992-2008 гг. Следует подумать не только об успехах, но и о негативных моментах этого периода. Население России сократилось на 6 млн человек. Почти в 2 раза сократилось число дошкольных учреждений. На 70 процентов выросло число государственных чиновников. На 40 процентов сократилось число организаций, выполняющих научные исследования, и работает в них вполовину меньше людей. С 7,5 до 13,5 процента увеличились полностью изношенные основные фонды предприятий. Россия окончательно села на сырьевую иглу.

Главный вывод из этих показателей, подчеркнул Евгений Примаков, очевиден: нельзя возвращаться к предкризисной политике. К ней нельзя возвращаться и потому, что докризисная модель даже в условиях высоких цен на экспортируемое сырье не решает задач изменения структуры, технико-технологического обновления российской экономики. Без решительного изменения экономической модели Россия п ревратится в сырьевой придаток мировых держав.

Экономическая политика России, сказал глава ТПП РФ, за весь период реформирования экономики не решила одну из самых важных задач – создание конкурентной среды. Ее невозможно создать без радикального изменения существующей практики лоббирования чиновниками всех рангов интересов отдельных компаний, преимущественно крупных. Без разрыва связки чиновничества с бизнесом невозможна также серьезная борьба с коррупцией. Остро стоит эта проблема в связи с недавним решением о приватизации значительных долей государства в акциях крупных компаний и банков. В денежном выражении это почти 2 трлн рублей. В чьи руки попадут эти акции – этот вопрос приобретает и экономический, и политический характер.

Вторая проблема, которую необходимо рассмотреть наряду с модернизацией экономики, – это появившиеся признаки политической нестабильности в России. С угрозой сепаратизма удалось справиться, во всяком случае, снизить ее опасность. Сегодня речь идет уже о другом – о серьезном недовольстве существующими порядками, существующими методами государственного управления. Проявлением этого было охватившее всю Россию недоумение и, как сказал Евгений Примаков, оцепенение в связи с ситуацией в станице Кущевской и в других местах, где представители власти срастаются с криминалитетом.

Евгений Примаков считает, что одной из важных проблем 2011 года для федеральных властей является, во-первых, инвентаризация положения дел повсеместно в России с целью выявления ситуаций подобных кущевской, и, во-вторых, создание условий, делающих невозможным повторение происшедшего.

Евгений Примаков напомнил о событиях на Манежной площади. Это была не просто реакция на поведение представителей правоохранительных органов, которые за деньги или из-за боязни выпустили арестованных, обвиняемых в убийстве русского болельщика «Спартака». Можно представить, что за демонстрантами – погромщиками стояли силы, отнюдь не принадлежащие к движению футбольных болельщиков. Как справедливо отметил Владимир Путин, раздувая противоречия на национальной почве, шовинисты могут в определенной момент выдвинуться как сила, которая потребует для себя функции наведения порядка, чтобы «спасти Россию». Такой сценарий далеко не гипотетический.

Нельзя также игнорировать интересы большинства населения страны – русских: русский язык и культура выполняют объединительную функцию в нашей стране. Однако настоящая забота о них не должна ни в коей мере происходить при невнимании к интересам других народов, населяющих нашу страну, особо подчеркнул Евгений Примаков.

В Советском Союзе, и об этом говорили и Дмитрий Медведев, и Владимир Путин, идеология была субстанцией, которая сложилась над межнациональными и межконфессиональными отношениями. Можно соглашаться или не соглашаться с сущностью идеологии в советский период, но не уйти от крайней необходимости создания идеологической надстройки над нашим обществом.

В связи с этим, полагает Евгений Примаков, первостепенное значение приобретает идеологическая работа правящей партии – «Единой России». Она объявила своей идеологией «российский консерватизм». Что понимается под этим? Если сохранение всего полезного, что было и в дореволюционное время и в советский период, я придерживаюсь аналогичной точки зрения, отметил Евгений Примаков. Если речь идет о неприятии неподготовленных, не имеющих под собой материальной основы, и непродуманных идей, за которые платит народ, – это тоже правильно.

Однако традиционное представление о консерватизме, широко известном в мире как идеологическая ориентация и политическое движение, включает в себя и другие принципы, в частности, отрицание необходимости роста и расширения социальных бюджетных затрат, отказ от радикального реформирования общества. В целом же нынешний российский консерватизм, мягко говоря, стал всеядным и оторванным от жизни страны.

Есть утверждения, что идеология «Единой России» ставит в центр не социально-экономический, а геополитический вопрос, то есть что основной идеологический конфликт в стране сегодня – это вопрос о месте России в современном мире. В такой трактовке понятия «российский консерватизм» трудно обнаружить, например, его отношение к реальным противоречиям в нашем обществе между теми, кто исходит из необходимости не только выполнить социальные обязательства государства, но и увеличивать, расширять их, и теми, кто считает, что можно пренеб речь этими обязательствами ради экономической активизации.

Что же касается такой характеристики российского консерватизма, как противоположность радикализму, то, сказал Евгений Примаков, представляется, что радикальные подходы не должны отрицаться при решении ряда проблем модернизации. Лидера «Единой России» В.В.Путина никак нельзя отнести к противникам радикальных перемен, в первую очередь в экономике. К сожалению, такая позиция не находит отражение в идеологии партии власти, заявил академик Евгений Примаков.

Нужда в модернизации с учетом мировых достижений в экономике, в политике, в общественном и государственном устройстве, несомненно, актуальна, подчеркнул глава ТПП РФ. Евгений Примаков изложил свои взгляды относительно того, чего следует избежать или от чего нельзя абстрагироваться в этом вопросе, в виде, как он это назвал, антитезисов.
Заседание «Меркурий-клуба»
Антитезис первый. Мы часто говорим о необходимости перехода к постиндустриальному обществу. Такая задача не может быть решена без реиндустриализации, иными словами, без восстановления в России индустрии на сугубо современной основе.

Антитезис второй. Модернизация в экономике не может осуществляться изолированно, без демократизации общественной жизни. В нашей стране процесс демократизации развивается зигзагообразно. До сих пор не обрела независимость судебная система. Законодательная власть, как правило, беспрекословно выполняет волю руководства, даже в тех случаях, когда не очевидна правильность поступающих установок. На низком уровне находится политическая конкуренция. В целом ряде принципиальных случаев игнорируется общественное мнение. Нужны серьезные меры в области демократизации, без этого прорыв в экономике затруднен, если вообще возможен.

Антитезис третий. Учитывая специфику России, демократизация ни в коем случае не должна приводить к ослаблению государства. Для осуществления модернизационного рывка с целью обретения исторической перспективы России нужна сильная государственная власть плюс демократизация, которая направляет эту власть исключительно на служение интересам народа.

Антитезис четвертый. Правильный вывод, что без демократизации невозможна модернизация экономики, не должен интерпретироваться так, что сначала надо провести политическую модернизацию и только затем приступить к модернизации экономики. Необходимо одновременно сосредоточиться на защите человека и его собственности от произвола, на установлении верховенства Закона, обязательного для всех, на независимости правосудия.

Антитезис пятый. Модернизация не означает необходимость «раствориться» в западном мире. Многовекторная политика намного плодотворнее для модернизации России.

Антитезис шестой. Невозможно проводить модернизацию, отгородившись от остального мира и углубившись в чисто российские реалии.

Антитезис седьмой, последний: идеология необходимой России модернизации не должна быть «пристегнутой» к одному или другому человеку, каким бы способным не был такой политический лидер.

В заключение Евгений Примаков высказал надежду, что новый год станет лучше 2010. Есть основания для оптимистического подхода к будущему России, считает он. Это и достижения России на международном поле, к которым, подчеркнул Евгений Примаков, следует отнести ратификацию конгрессом США подписанного президентами Медведевым и Обамой Договора по СНВ-3, снижение напряженности с НАТО. Это – заметное сближение российского руководства с действительными интересами, с реальными проблемами страны и ее населения.

Департамент информации и связей с общественностью ТПП РФ, А.Бондарь