Мюзикл в России. Быть или не быть?

Мюзикл неохотно пускает корни в нашей стране. С какой бы помпой не проходила премьера любого из привозных музыкальных шоу, продолжительность его жизни на российской почве оказывалась недолгой. Многочленные попытки «прописать» модный жанр в Москве пока не дали результата: «Метро», «Нотр-Дам де Пари», «Чикаго», «Кошки», «Mama Mia» и так далее – афиш этих спектаклей больше не встретишь в столице.

Мюзикл в России. Быть или не быть?Роберт «Robson»
Рубени


Продюсер, музыкант, композитор.
Президент компании «W Record»-Russia.
На российском рынке представляет интересы известных американских артистов, работающих с компанией ICM, таких как: Boys II Men, Babyface, Kool and the Gang и многих других.




   Пик мюзиклов в Москве пришелся на 2002 год, когда объем рынка составил $24 млн. Одновременно в столице шло семь-восемь постановок. Для сравнения: на одном лишь Бродвее на сцену ежедневно выходят артисты в 50 спектаклях.
   У нас ставили мюзиклы по-всякому. Пытались перенести на российскую сцену в чистом виде?—?42nd Street (без перевода и с бродвейскими артистами) или Cats (с переводом и русскими артистами).
   Делали авторский вариант с учетом национальной специфики?—?«Ромео и Джульетта». Ставили собственное шоу на бродвейский манер?—?«Чикаго», в которое тогда еще чета Пугачева-Киркоров вложили не менее 5 млн. И, разумеется, создавали оригинальный российский продукт?—?«Норд-Ост». По словам Александра Цекало, любой мюзикл, поставленный в России, тянет на $2–3 млн. При этом 50–65% средств (в зависимости от постановки) уходит на свет, звук, декорации, костюмы, аренду, 20–30%?—?на покупку авторских прав (если мюзикл не российский). Остальное?—?на гонорары и рекламу.
Мюзикл в России. Быть или не быть?   Авторские права либо приобретаются единовременной выплатой (более $1,5 млн., как за «Нотр-Дам»), либо покупается лицензия на постановку. Она может стоить всего $100 тыс, но взамен правообладатели потребуют соблюдать уровень оригинального шоу (для постановки «Чикаго» в Россию приезжали американские супервайзеры-постановщики) и выплачивать роялти?—?10–15% от кассовых сборов из расчета, что каждый спектакль собирает аншлаг (зал заполнен на 90–100%). При этом никого не волнует, что зал может быть не заполнен даже наполовину.
   Одним из самых затратных мюзиклов стала 42nd Street. «Из бюджета в $5,5 млн. львиная доля ушла на авторские права, гонорары бродвейской труппе?—?764 артиста получали $156 тыс в неделю, ремонт МДМ, где заменили все: от сцены до кресел.
   Чем известнее мюзикл, тем жестче условия продюсеров: надо соответствовать стандартам. К примеру, поставить знаменитый «Призрак оперы» в России стоило бы не меньше $8–9 млн.
   Российский же спектакль стоит гораздо дешевле. Бюджет «12 стульев» составил всего $2,5 млн., из которых $1,5 млн. ушли на свет и звук, $200 тыс?—?на декорации, а остальное?—?на аренду, гонорары и тому подобное. В идеале, если зал на тысячу мест будет каждый день заполняться на 60% при средней стоимости билетов $30–40, то за год выручка составит около $7,5 млн. Тогда даже дорогой в постановке западный мюзикл за год должен принести прибыль. Реальность же совсем иная.
   Впрочем, многие деятели шоу-бизнеса считают, что продюсеры вкладывают в мюзиклы гораздо меньше денег, чем анонсируют. По словам продюсеров, «Нотр-Дам де Пари» стоил чуть больше $4 млн., «Иствикские ведьмы»?— $4 млн., а «Чикаго» и 42nd Street потянули на $5,5 каждый. Это никак не названные Александром Цекало $2 млн. Объясняют такой казус, как правило, тем, что объявленные цифры даются с учетом операционных расходов на поддержание проекта (не меньше трети от стоимости спектакля в год).
Мюзикл в России. Быть или не быть?   Может, и так. Но ходят слухи, что компании и их руководители, якобы разорившиеся на провале мюзиклов, на самом деле превосходно себя чувствуют. Рассказывают о серых схемах, когда компанию-спонсора привлекают откатом в 50% (половина выделенных ею средств тут же возвращается в карман ее топ-менеджера). Либо цена проекта специально завышается под конкретного инвестора, который думает, что он спонсирует 20% постановки, а на деле?— все 80%.
   Похо же, сверхприбыли от удачных проектов продолжают кружить продюсерские головы, и очередь к именитым авторам не кончается. Однако западные компании неохотно продают российским продюсерам права на прокат зарекомендовавших себя спектаклей?—?их окупаемость в России, как показала практика, много ниже, чем где-либо, а затраты на запуск сравнимы с затратами на других более прибыльных площадках.
   Мюзиклы-долгожители играются на российской сцене до трех лет. Проценты отчислений с показов год от года растут, а дорогостоящие костюмы изнашиваются. И, в конце концов, эксплуатация программы в прежнем режиме теряет смысл.
   Но большинство проектов проваливается гораздо раньше. Можно вспомнить мюзикл «42-я улица» с бюджетом в $11 млн., который продержался 2,5 месяца. Или мюзикл «Чикаго» ($5 млн), который едва выдержал один сезон. Убытком обернулась и постановка «Иствикских ведьм» с бюджетом в $4 млн.?—?хотя они держались почти год…
   Почему же на Бродвее или в Вест-Энде мюзикл?—?исключительно высокая статья дохода, а в России мюзикл?—?это нечто близкое к репертуару театра оперетты или музыкальной комедии?
   Эксперты объясняют это тем, что Россия не туристическая страна. И в Лондоне, и в Нью-Йорке посещение мюзикла?—?обязательный пункт туристического культпохода, а гости российской столицы предпочитают рестораны.
   Можно добавить, что во многом долгоиграющие западные мюзиклы держатся за счет англоязычных либретто, понятных большинству туристов. Когда в России мюзикл ориентирован, главным образом, на русскоязычного зрителя.
   Не последнюю роль играет и сюжетная близость мюзикла российской культуре. Но культурной адаптации мало?—?мюзикл должен быть актуальным, современным. Нет смысла «штамповать» постановки по таким известным советским сюжетам, как «Два капитана», «12 стульев», «Мастер и Маргарита»,?—?считает А.?Троицкий, предлагая брать за основу современную эстраду. По его словам, хорошей основой для успешного мюзикла могла бы стать трагическая судьба примадонны Аллы Пугачевой, со всеми ее хитами.
   Хотя и звёздный состав тоже не является ни гарантией провала, ни гарантией успеха постановок. Мюзиклы «Чикаго» и «Иствикские ведьмы» собрали на своих сценах таких звёзд, как Филипп Киркоров, Анастасия Стоцкая, Дмитрий Певцов, Алексей Кортнев. Тем не менее эти постановки не имели коммерческого успеха.Мюзикл в России. Быть или не быть?   По сути, в новейшей истории было лишь два абсолютно успешных проекта. Это «Орфей и Эвридика», которая считается основоположником русского мюзикла и до сих пор звучит в исполнении Санкт-Петербургского театра «Рок-опера». И, конечно, рок-опера «Юнона и Авось», много лет не сходящая со сцены театра «Ленком». Оба стартовали во времена глубокого застоя, оба, казалось, предвещали успех тем, кто попытается занять пустующую нишу на рынке развлечений.
   Российский зритель продолжает отдавать предпочтение театру. Если в Штатах или в Англии этот вид искусства сильно уступает мюзиклам, то у нас всё наоборот. Причём театр обходится своим создателям гораздо дешевле. Одна из самых дорогих театральных постановок?—?«Шантеклер» театра «Сатирикон», на которую руководитель театра Константин Райкин взял кредит в банке в 300 тыс евро. Но это рекорд по затратам, редкий случай.
   Итак! Есть ли у мюзикла в России будущее?
   Большинство продюсеров уверяют, что есть, только при соблюдении некоторых условий?—?мюзикл должен:
1) быть оригинальным российским;
2) бюджет?—?не превышать ~ $1,5 млн;
3) идти в режиме репертуарного спектакля?—?«забрав» доходный weekend и праздники;
4) если нет своего здания, лучше ставиться на сцене государственного театра, взяв его в долю.
   И тогда мюзикл будет жить долго и счастливо!
Кристина Карпович
Специально для «»