Анатолий Артамонов — РБК: «Мы не должны быть лицемерами»

Анатолий Артамонов — РБК: «Мы не должны быть лицемерами»


Анатолия Артамонова называют автором «калужского экономического чуда». Один из губернаторов-долгожителей, он смог утроить валовой региональный продукт с 2006 по 2013 год. Почему так не получается у других глав российских регионов? В 2000-е говорили, что секрет – в персональном отношении Артамонова к инвесторам – якобы у каждого был прямой номер его мобильного телефона. Характерно, что он легко согласился дать интервью на сочинском форуме, не осведомился предварительно, какие будут вопросы, ни один не оставил без комментариев и не просил согласовать текст. Чиновнику важно обращать внимание на мелочи – их не бывает, поделился своими правилами жизни Артамонов. Например, руководителю региона надо бы в нем родиться, «мелким прыщикам» – перестать «выпендриваться», а крупным руководителям – не увлекаться ручным управлением.



Полномочий сверх головы



– На сочинском форуме на прошлой неделе много говорили о реформе гос­управления. Экс-министр финансов Алексей Кудрин заявил даже, что без обновления персонального состава правительства нет смысла обсуждать инвестклимат. Вы согласны с этим?



– Здесь вот это: «А вы, друзья, как ни садитесь» – правильно во все времена. Надо думать не о персональном составе правительства, это все вещи производные. Что толку: одного уволить – другого поставить? А он еще только привык, только понял, чем надо заниматься. Я думаю, речь шла о том, что нужно подходы к управлению менять на более научные, системные. Мы действительно увлеклись ручным управлением – это правда. А кто что будет делать – на это есть политическое руководство страны, они сами сообразят, без подсказки.



– То есть, на ваш взгляд, не персоналии важны, а только система в целом?



– Это не моего уровня вопрос, я губернатор, у меня своей работы полно. Что я буду рассуждать, как там мои начальники работают?



– Тогда вопрос про полномочия регионов: многие жалуются на нехватку полномочий, что из-за этого невозможно привлечь инвестиции, а вам это удается лучше всех. Получается, вам полномочий хватает?



– У меня их достаточно, даже сверх головы.



– А в чем проблемы у ваших коллег?



– А у них их тоже нет. Это просто надо любить, любить свою землю. Мне повезло, потому что я работаю там, где я родился. Это для меня смысл жизни: развивать свой регион. Другому не повезло: он работает не там, где он родился. Сам даже не подозревая, может быть, этой энергетики не ощущает, вот и все.



– Как должна выглядеть идеальная работа федерального правительства с регионами? У нас был то Минрегион, который сейчас упразднили, то Минкрым создали, Минкавказ…



– Опять ты меня толкаешь, чтобы я критиковал своих начальников, ну зачем тебе это надо? У меня хватает способов с ними поссориться, чтобы они мной были недовольны.



– Какое у вас мнение по поводу «новых старых» мер по развитию регионов: кластеры, территории опережающего развития (ТОРы), особые территории – это имеет перспективу?



– Для того чтобы развивалась страна, нужно, чтобы развивались регионы. А для того чтобы развивались регионы, нужно, чтобы развивались муниципалитеты. На всех трех уровнях должен быть интерес. Вот [глава Минэкономразвития Алексей] Улюкаев, если слышали, говорил [на сочинском форуме]: «Ну а что, вот Артамонов может действия предпринимать, чтобы развиваться, а мы ему скажем: перестань, мы тебя накажем». Он имел в виду, что меня уже наказали: получал бы себе спокойно дотацию из федерального бюджета, сидел бы, ножки свесил с печки – и все. А мне приходится вкалывать, и вместо того, чтобы регион получал от этого выгоду – на самом деле пока мы во многих случаях проигрываем. Потому что мы меньше получаем софинансирование из федерального бюджета, и так по разным программам. Вот это важно – пробудить интерес у регионов и муниципалитетов. Если это будет – не надо создавать никакие новые федеральные министерства, кластеры открывать – мы сами все создадим.



– В правительстве много лет обсуждается делегирование новых полномочий регионам и изменение системы выравнивания бюджетной обеспеченности. В это упирается проблема?



– Я понимаю президента и сам так делаю. Некоторые муниципалитеты не развиваются, но я вынужден давать им деньги, потому что там люди живут. Я их не м огу бросить – так же и президент рассуждает. Есть некая константа, где мы не имеем никакого морального права не финансировать: мы не можем пенсии не отдать, зарплату учителям не выдать. Но, например, в распределении средств, которые называются бюджетом развития, – вот здесь надо бы в зависимость ставить [получение средств].



Важность спокойствия



– На форуме много обсуждали санкции и ответные меры, их последствия. На вашем регионе как-то это сказалось? Инвесторы, бизнесмены приходят к вам со своими чаяниями?



– Они жалуются на свои правительства и осуждают в подавляющем большинстве эту политику. Есть отложенные проекты, есть те, которые могли бы осуществляться, но нам говорят: надо подождать с завершением переговоров. Это, правда, есть.



– Что вы думаете по поводу ареста Владимира Евтушенкова? Такие вещи влияют на инвестклимат в вашем регионе?



– Он у нас не работает. Мы начали с ним один проект реализовывать: строительство медцентра, и поэтому я забеспокоился. Мне очень интересно, и хотелось бы, чтобы он его построил. Вообще я не знаю, а что мы так долго наблюдаем, когда нарушения происходят?! Надо сразу как-то реагировать, не допускать. Потом, такие большие сделки в тайне не могут происходить, я думаю. Такими вещами увлекаться нельзя. Черт его знает. Не хочу давать никаких оценок. Есть правоохранительная система, у них свои есть доводы. Вообще, к сожалению, человек может бояться не только каких-то хулиганов на улице, еще каких-то людей, которые не очень хорошо себя ведут. К сожалению, он еще боится правоохранительной системы, всяких контролирующих органов. Как-то обществу побыстрее бы избавиться от этого надо. Это один из важнейших показателей качества жизни человека: если человек спокоен. Если бизнесмен спокоен, что к нему не придет участковый милиционер и не начнет предъявлять претензии, которые вообще его службы не касаются, что прокурор не начнет какие-то требования предъявлять, которые трудно понять по логике. От этого, конечно, надо избавляться.



– Например как?



– Начиная с мелочей: мы не должны быть лицемерами. Я вот иногда наблюдаю с тоской, как едет какой-нибудь начальник. У него к машине прицеплены какие-то номерные знаки, которые отличаются от всех других. Потом какую-нибудь мигалку-фигалку прицепит. Вот раньше, когда из тюрьмы освобождался человек, специально зуб вытаскивали и золотой вставляли – фиксу. Чтобы все видели, что он оттуда. И это то же самое: вот он прицепил себе номерной знак особенный, чтобы все видели, что он не такой, как все. Но мелочей вообще-то не бывает. Если мы хотим жить в по-настоящему правовом государстве, то те, кому посчастливилось быть облеченным властными полномочиями, должны обществу подавать положительный пример своим поведением.



– Вы как губернатор каким-то образом можете посодействовать?



– Могу. Я велел, чтобы все эти знаки номерные, какие у нас были, – чтобы их все на мусоровозы прицепили.



– Серьезно?



– Могу и кулаком стукнуть, всех заставить, но не хочется. Надо, чтобы это было как норма. Мы можем и так и эдак расценивать, как, например, построена работа в Белоруссии, но я когда был там три дня – я не увидел ни одной машины в столице с мигалками. Ни одной. А у нас каждый прыщик старается выпендриться.