Создавая инфраструктуру инноваций

   Российская венчурная компания продолжает демонстрировать положительную динамику роста числа портфельных компаний и размещенных средств. По итогам 2010 года общий объем инвестиций фондов с участием РВК за весь период существования корпорации превысил 6 млрд рублей.
   О том, как сегодня фонд фондов решает свою главную задачу?—?создать в России саморазвивающийся венчурный рынок, о проблемах и перспективах компании корреспонденту «» рассказал директор департамента программ и проектов РВК Андрей Введенский.


Создавая инфраструктуру инновацийАндрей Введенский, директор департамента программ и проектов ОАО «Российская венчурная компания»

   —?В РВК принимаются меры по упрощению процесса приема решений об инвестировании?
   —?Мы упростили процедуру подачи заявок. Теперь достаточно начальной презентации для того, чтобы инвестиционный комитет мог сказать: да, проект интересный, давайте двигаться дальше. Чтобы каждый из партнеров мог заранее посчитать, где его место на рынке, какие ему шаги нужно конкретно сделать, на какие условия он может рассчитывать, и лишь после этого происходит более детальная проработка?—?бизнес-план, модели и условия соинвестиций. Сейчас первую реакцию от инвестиционного комитета можно получить в среднем в течение месяца. Есть проекты, которые рассматриваются при высоком качестве упаковки за 14 дней. И это хороший срок. Для сравнения: получение гранта по нескольким зарубежным программам может достигать полугода. И это при том, что грантовая система —?не инвестиционная. В инвестициях вы рискуете совместно, это означает, что вы должны более тщательно проработать все договоренности.
   Дальше следует этап технического оформления. Но и здесь есть масса нюансов и деталей, в которых стороны должны прийти к соглашению: кто и как передает материальные активы, кто и как управляет компанией. За истекший период мы наработали в Фонде посевных инвестиций достаточно богатый опыт структурирования сделок. Многие шаблоны, типовые решения вполне применимы для новых проектов.
   И все же, следуя курсу на упрощение, механизацию процедур, мы не забываем, что фонды?—?это инвестиционные инструменты, а значит, к любым операциям с ними нужно подходить с максимальной долей ответственности. Поэтому в любом случае сохраняется необходимый набор требований к проектам, к их документации.
   Недавно к нам приезжали международные эксперты из Стэнфорда и Оксфорда, которые смотрели на документацию, по которой работает фонд, дали оценку: «коллеги, на меньшем объеме информации, ваше решение будет некомпетентно». Рисковать нужно с умом. Мы стараемся придерживаться этого принципа, но, безусловно, максимально открыты ко всей конструктивной критике, к предложениям венчурных партнеров. Так мы поддержали одну из инициатив Посевного фонда?—?проводить специализированные сессии по коучингу венчурных партнеров, посвященные конкретным вопросам деятельности. Например, как работать с патентами, лицензиями, с защитой информации, как ее передавать в портфельные компании. Фонд нанимает тренеров, приглашает своих специалистов, которые делятся опытом на специальных семинарах.
   —?Как обстоят дела в недавно созданных Биофонде и Инфрафонде.
   —?Они начали работу в этом году и сдвинули за полгода большой пласт на рынке. Сегодня многие задают нам вопрос: «А в какую инфраструктуру вы вкладываетесь? Здания, сооружения, заводы, оборудования?». Нет, мы вкладываемся в мягкую инфраструктуру. То есть, сервисы, основанные на команде. Ключевая дефиниция команды?—?это уровень ее компетенции. По этой характеристике мы отобрали порядка 50-ти заявок, которые сейчас анализируем. Четырнадцать проектов уже готовы к представлению на инвестиционном комитете. А один из проектов уже практически готов?—?по нему идут переговоры о структуре сделки.
   Мы ожидаем заключения нескольких сделок в этом году. По Биофонду?—?порядка 16-ти проектов?—?сервисные, инфраструктурные. Безусловно, инвестиции в развитие?—?лучший выбор. Но есть моменты, когда приходится создавать сервис, которого нет на рынке. Он становится вне конкуренции. Это происходит в тех сферах, где нет сильного игрока, или не достаточно развит рынок. В этих случаях для нас одной из ключевых задач является увеличение конкуренции посредством сниж ения стоимости для потребителя.
   При создании сервисной инфраструктуры мы сталкиваемся с нехваткой у специалистов смежных компетенций: финансов и технологии, финансистов с пониманием технологических стратегий. И второй момент: командам не хватает понимания глобальных масштабов инноваций. Команды, которые обладают преимуществом по этим двум компонентам, сразу видны. Параллельно с тем, что мы принимаем заявки в Инфрафонд, мы вынуждены вести просветительскую деятельность.
   —?То есть вы еще и обучаете?
   —?Вынуждены обучать. Мы были готовы к этому. Если говорить о Биофонде, то компетентных сервисных команд на российском рынке недостаточно. Если в течение первого квартала 2011 г. мы ждали, когда команды к нам придут, то впоследствии заняли проактивную позицию: сами ищем их, помогаем упаковаться, если нет инвестора, подключаем наши партнерские связи. И далее работаем с ними, как с проектами. Шестнадцать проектов, которые пришли на анализ,?—?это заслуга самого Биофонда. Ожидаем, что в течение сентября-октября мы увидим на уровне инвестиционного комитета еще 4-5 проектов.
   —?Самое большое число размещений было именно в Биофонде? Это продиктовано следованию мировой тенденции накачки фармрынка?
   —?Безусловно, фармрынок перспективен, во всем мире он притягивает внимание инвесторов и их капиталы. В России есть и своя специфика: сервисная инфраструктура отечественного фармрынка очень слабо развита. Фактически дееспособны лишь несколько компаний, и мы стараемся вычислять компетентные команды с возможностью масштабирования их бизнеса по международным стандартам и готовы их поддерживать.
   Поэтому задача на этот год?—?максимально сфокусироваться на проектах, которые будут носить долгосрочный характер. Необходимо заложить фундамент сервисной инфраструктуры для того, чтобы потом решить, как на нее можно насаживать проекты фармрынка, пришедшие с посевного фонда, с биотехнологических фондов. Именно эту задачу мы сейчас активно решаем.
   —?Сколько компаний представлено в портфеле Инфрафонда?
   —?Сейчас не проинвестировано ни одной компании. Этот процесс трудоемкий, и мы были к этому готовы. Многое приходится делать «вручную», формировать рынок. Нам хорошо видны пробелы рынка, проблемы, которые будут актуальны в ближайшем будущем. Схемы работы фонда сегодня строится так: мы инициируем с нашими партнерами проект, инфраструктурный по своей сути, совместно начинаем его реализовывать, а потом один из наших партнеров упаковывает его как бизнес. Если пилотная стадия подтверждает его адекватность для рынка, партнер привлекает либо собственные ресурсы, либо ресурсы внешнего частного инвестора, обращается в Инфрафонд, и мы фактически стартуем инфраструктурный проект, рожденный под заказ рынка.
   В течение второго полугодия 2010-го и первого полугодия 2011-го года мы вели глубочайшую проработку нескольких проектов. Открою вам небольшую тайну: в сентябре один из проектов выйдет на пилотную эксплуатацию. Помимо этого, два проекта мы сейчас стартуем и планируем завершить их пилотную стадию в четвертом квартале. В совокупности мы получим три крупных инфраструктурных сервисных проекта, с привлеченными компетентными игроками рынка.
   —?Как можно проследить, наметилась тенденция в деятельности РВК?—?создание нишевых фондов. Она будет развиваться?
   —?У нас есть прицел на то, чтобы создать кластерные фонды по всем приоритетным направлениям инновационного развития. Задача?—?обеспечить их взаимодействие с институтами развития в данных сферах. Это и «Роснано», и «Сколково», и Фонд содействия развитию малых форм предприятий, и Внешэкономбанк. В каждом из этих секторов определенная работа нашими партнерами уже ведется.
   —?Кстати, кажется, у РВК были планы по созданию фонда встроенных интеллектуальных систем…
   —?Да, вы правы. И это не только планы. Уже сделаны первые шаги в этом направлении. Мы рассчитываем в этом году «воплотить наш чертеж в стали». На совете директоров в июне мы одобрили концепцию фонда. Идет работа.
   —?На Ваш взгляд, в каких сферах, отраслях стоит ожидать прорыва в течение ближайших 10-15-ти лет?
   —?Безусловно, прорывы, интереснейшие достижения будут в секторе авиационной и космической отрасли. Об этом говорят уже появляющиеся перспективные разработки, которые есть и в России, и в мире. Я думаю, что в интервале трех-пят и лет появятся и выйдут на рынок технологии «нового поколения». Одна из возможностей для рывка?—?это сделать рынок авиации и космоса более доступным для бизнеса. Сейчас он в основном обслуживает государство: программы военно-специального назначения, оборонные, международные космические инициативы. Тенденция такова, что Космос, как и Небо, будут становится ближе к потребностям общества.



Безусловно, инвестиции в развитие?—?лучший выбор. Но есть моменты, когда приходится создавать сервис, которого нет на рынке.



   С точки зрения других секторов, безусловно, фармацевтика и биотехнологии приведут нас к новым достижениям. И я не исключаю, что эти открытия могут отменить все предыдущие. Сейчас многие эксперты говорят о фундаментальных открытиях и возможностях, которые таит в себе неклассическая медицина. Не исключаю, что и здесь могут быть сюрпризы, в хорошем смысле этого слова, и для фармотрасли, и для потребительского рынка. Кроме того, будет все больше расти проникновение встроенных вычислительных систем в нашу повседневную жизнь. Я полагаю, что в интервале пяти лет нам будут доступны такие технологии и инновации, которые сегодня многим кажутся фантастикой.
   —?Спасибо за беседу.